Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
16:44 

Дорогой мой Гарри, это очаровательно.

Нет ничего святого.
Мистер Осборн, я с удовольствием поучаствую в написании. Как только позволят обстоятельства.

15.09.2015 в 23:19
Пишет Рикори:

Посвящаю Доктор Крейн, про Гарри Осборна и Крейна, никакого рейтинга ваще нет.
Возможно допишУ, возможно допишЕМ.

и да, меня что-то так прям вставило, ух.
также нашел идеальную музыку, случайно. услышал-вздрогнул-накрепко связал в голове.



Download ForstWolfin Nebula for free from pleer.com

В комнате не было окон. Был диван, книги на разных языках, игровая приставка и журнальный столик. Были небольшие лампочки под потолком, которые иногда приглушали свою освещенность, и тогда Гарри решал, что наступил вечер или ночь.
Он не знал, сколько был здесь. У него забрали часы и телефон, связи с внешним миром фактически не было, и что самое странное - Гарри это волновало меньше всего. Он там никому не нужен, а если кому и нужен, то только для решения проблем.
Ему не привыкать было к изоляции. Всю юность он провел в этих чертовых интернатах, где никто не желал учиться, все только пили, отрывались, нюхали всякую дрянь, а наутро блевали куда придется. Здесь хотя бы спокойно и кормят хорошо.

Когда к нему пришли, Гарри как раз играл в какую-то невероятно тупую двумерную игру и даже не соизволил выказать интереса. Пришли и пришли, подумаешь. Когда пришедший представился психиатром, Гарри и вовсе мысленно закатил глаза. В его первом интернате этим психо-как его там была седая дама, истинная английская леди. Она читала лекции о правильном поведении. На одной из них она сказала, что заниматься тем, чем некоторые гадкие мальчики занимаются, когда не держат руки на одеяле - это безнравственно. Тогда еще Саймон с предпоследней парты громко спросил: "Это дрочить, что ли?". Все просто легли от хохота, а автора вопроса, кажется, высекли розгами.
В Хайберри их всех заставляли проходить всякие дурацкие тесты, рисовать непонятные фигуры. Гарри каждый раз давал самые идиотские ответы на вопросы, вроде того, что на тесте Роршаха он видит тест Роршаха,в надежде, что от него отстанут наконец. Но тесты продолжались, ответы, кажется, никто не читал, а просто убирал в пыльную папочку с номером конкретного класса.
В сложившейся ситуации все немного отличалось. Во-первых, Гарри был не в школе, а в серьезном заведении. Он на самом деле не совсем понимал, что это, похоже было немного на санаторий. Во-вторых - чего таить - тут было довольно скучно большую часть того времени, когда Гарри не спал, поэтому он был рад даже такому развлечению, как идиотские тесты.
В-третьих, тестов никаких не было. Вошедший пожал ему руку, представился доктором Джонатаном Крейном и сказал, что для него большая честь работать с сыном Нормана Осборна. Гарри пожал плечами - эту фразу в разных вариациях он слышал сотни раз. Остальное он примерно предугадал: что, мол, каждый из нас может оказаться в тяжелой жизненной ситуации, но всегда можно найти выход, и он, Крейн, поможет Гарри найти выход, но только в том случае, если сам Гарри приложит к этому усилия. Гарри сказал, что конечно же приложит, лишь бы этот тип в очочках поскорее свалил - 39 уровень тетриса казался гораздо более интересным.
Уходя, Крейн пожал Гарри руку вновь и выразил надежду, что их сотрудничество будет продуктивным. Это так напомнило Оскорп, что Гарри внутренне передернуло, и он мысленно послал доктора в общеизвестном направлении.

Этой ночью ему приснился кошмар. Возможно, подсознание наконец отошло от стресса и стало выдавать наружу все то, что в нем скопилось. Во сне в Гарри стреляли из длинных винтовок, долго целились. Он мог бы убежать, но тело не слушалось, не удавалось даже закричать. Боли во сне не было, но кровь текла из ран, и Гарри понимал, что он сейчас умрет от потери крови, прямо на этом месте. Он стремительно проваливался в вязкую темноту и очнулся почему-то на полу возле кровати. Горел приглушенный свет, датчик на запястье часто пищал, а рядом стояла медсестра. Она помогла Гарри подняться. Тот хотел лечь на кровать и снова уснуть, но тело била крупная дрожь. В приоткрытую дверь вошел Крейн, мельком вглянул на Гарри и протянул ему пластиковый стаканчик с резко пахнущей жидкостью. Гарри выпил ее одним глотком, после чего молча лег на бок и провалился в сон. Забирая стакан, Крейн ненароком коснулся пальцев Осборна-младшего - они были просто ледяными.

Следующее утро встретило Гарри прибавкой в виде двух новых таблеток к его ежедневной "дозе" - он нашел их на журнальном столике, где медсестра всегда оставляла лекарство, и едва ощутимым сладковатым запахом, словно бы шлейфом дорогой парфюмерии. Уж этого Осборн нанюхался за время всяких встреч, банкетов и приемов. Запах не был неприятным, но казался таким чужеродным тут, что сразу захотелось проветрить. В этот момент Гарри снова вспомнил, что окон в этой комнате нет.
***
- Это нормально, Гарри. Тебе не о чем беспокоиться.
Гарри медленно приходил в себя. Конечно, что бы с тобой ни случилось, тебе всегда скажут, что это нормально, потому что тебя все равно держат за психа.
Пару дней после того случая всё было вполне обычно, но вот он снова сидит на своей кровати и пытается выглядеть спокойно. Во сне Осборну показалось, что он задыхается, как будто не хватало воздуха - и он проснулся. Кровь ощутимо билась в висках, голову распирало изнутри, и это ощущение пугало. Гарри не слышал, чтобы его индикатор состояния пищал, возможно, это произошло до пробуждения. Даже сейчас воздух, казалось, застревал в легких, не доходил в самую глубину.
Крейн явился почти сразу же, как только Гарри проснулся, присел на край скомканной постели. В приглушенном свете лицо его казалось усталым, и Гарри чувствовал себя неловко, неуютно со всех сторон. Дело было не только в мысли, что он мешает спать персоналу больницы, сколько в чем-то еще. Уязвимость и некая ирреальность, как будто ты все еще спишь, но думаешь, что проснулся.
Крейн вполголоса рассказывал что-то о том, что психика человека очень гибкая. Зачастую при сильном стрессе человек мобилизуется и совсем не чувствует страха - ни до, ни после стрессовой ситуации. Зато потом могут возникнуть панические атаки и даже галлюцинации при, казалось бы, самых безобидных условиях.
При слове "галлюцинации" Гарри фыркнул. В его жизни было слишком много того, что он бы охотно списал на галлюцинации, забыл и никогда не вспоминал. Иногда он представлял, что нынешнее его положение тоже сон, и проснется он в общей спальне очередного колледжа - холодным серым утром с умыванием холодной водой, недовольным ворчанием и сальными шуточками соседей. Это было бы куда веселее, но увы.
Крейн периодически заходил к нему и "днем", то есть когда свет был ярким, спрашивал дежурное "как дела", Гарри отвечал дежурное "нормально". В этот момент они оба притворялись и оба же это понимали. Нормально явно не было хотя бы потому, что кошмары никогда не снились Гарри так явно, как будто это было на самом деле, он и не помнил, когда до этого проклятого всего просыпался в паническом ужасе. Возможно, виной тому новые таблетки, но днем мир для Гарри был как-то безразличен. Все стало... странным. Как будто мягким, пластилиновым, немного искусственным. Будто смотришь кино или играешь в компьютер. Как на фотографии с пониженной резкостью.
А когда засыпал - и особенно когда просыпался в неурочное время - резкость набрасывалась с удвоенной силой, оглушала, наваливалась. К счастью, медсестры или сам доктор всегда были рядом. Как сейчас. И несмотря на то, что днем они действительно раздражали Осборна, мешали ему, сейчас он был скорее благодарен.
Голос Крейна убаюкивал, резкость понижалась. Вновь проваливаясь в сон, Гарри еще видел - или ощущал, как Крейн встал с кровати и дотронулся до его острого, натягивающего тонкую ткань рубашки плеча. Затем вышел, бесшумно прикрывая за собой дверь. Возможно, Гарри просто показалось, но это не так важно. Зато теперь можно вытянуть ноги.

После этого случая медсестра сообщила, что групповые терапевтические занятия для него заменяются индивидуальными. Конечно же, как только будет виден прогресс, он снова сможет вернуться к групповым, если захочет, и если Гарри не выпишут до того.
Это вызвало кривую улыбку. Идти ему было совершенно некуда, он не скучал ни по кому из прошлой жизни. С одной стороны, вроде как и хотелось выйти, с другой - пластилиновое безразличие лишало тревоги по этому поводу, поэтому известие Осборн воспринял с ожидаемым равнодушием.

URL записи

URL
Комментарии
2015-09-19 в 16:56 

Felix Kalinowski
я думаю, здесь собрались, за небольшим досадным исключением, благородные идальго (с)
О, вы перетащили) даже с музыкой!
Я так рад всегда, когда вы про меня пишете. Особенно умиляет то, что если кто другой это читает, то никак не проявляется.
Сами для себя пишем)

2015-09-19 в 17:04 

Нет ничего святого.
Пусть читают и радуются, дорогой мой. У нас своя дискотека, с кракенами и плюшками.

URL
2015-09-19 в 17:36 

Felix Kalinowski
я думаю, здесь собрались, за небольшим досадным исключением, благородные идальго (с)
Пока вы не писали, я уже мог увести сюжет не туда)

2015-10-25 в 00:52 

Рикори
невысок, изящен, одет в черное и близок к ярости. (с)
фик! это я вспомнил))

2016-02-19 в 01:51 

Рикори
невысок, изящен, одет в черное и близок к ярости. (с)
Хм, тут кусков ещё меньше.

2016-02-19 в 13:09 

Нет ничего святого.
Ну ээ. Можно творить с любого места, дорогой мой.

URL
   

My own private Arkham

главная